НАУЧНО-ПОПУЛЯРНОЕ ИЗДАНИЕ О ПРИРОДЕ, ОХОТЕ И ОХОТНИЧЬЕМ ХОЗЯЙСТВЕ

Август

Рейдерство в охотничьем хозяйстве

При разработке интенсивных методов ведения охотничьего хозяйства многим пользователям не использующим бюджетного финансирования, и рассчитывающим в перспективе возвратить вложенные средства и работать рентабельно, приходится сталкиваться с хорошо организованными группировками чиновников-бизнесменов и даже лже-ученых, приспособившихся существовать исключительно за счет государства.

На постсоветском пространстве никого не удивишь ни сверхдорогим «охотустройством» или «охотоустроителем» без диплома, после «аккредитации» Минлесхоза, кормить которого должны охотпользователи. Современное охотничье сообщество, знакомо и с проблеморешающими «Откатычами» и с начальниками Управления охотничьим хозяйством целой страны, не успевшими поработать непосредственно в этом самом хозяйстве и даже без «отсталого охотоведческого образования».

В общем «сгуртовав» все это стадо и внимательнее понаблюдав за ним, как селекционер копытных и «генетик» стал четко различать кровь «крупных руководителей», в выдающихся открытых ртах и несвязной речи, а издаваемые ими руководства про то как «органы утренних дел устранились от охраны угодий и фауны» начал коллекционировать. Чуть позднее, попавшись на приписках, чиновники-новоделы вспомнили «трудоучастие» охотников (упраздненное десяток лет назад) в достигнутом ими небывалом, для стран СНГ сокращении расходов на ведение охотничьего хозяйства. Проведя более 20 лет на исследовательских стационарах и оценивая череду падений и взлетов охотничьего хозяйства Беларуси, я начал четко понимать что любое «реформирование», «перестройка» и «официальная рентабельность», это всего лишь очередной этап передела общенародной или государственной собственности, в результате которой охотничьи угодья (как лишенные дичи) перестают быть средством производства.

Аренда охотничьих угодий в Беларуси, еще недавно «большая кормушка» для чиновников, конкретная выгода которых стала выше государственного интереса к наращиванию численности диких животных – объектов Государственного охотничьего фонда. В результате дармовой реализации «охотничьих» амбиций и получения узким кругом лиц желаемых «трофеев», их пособники-чиновники получили доступ к дверям и, впоследствии, кабинетам высокого ранга. Классическое рейдерство (криминальный захват), в дальнейшем именно, так следует называть перераспределение охотничьих угодий ведущее к сокращению численности объектов Госохотфонда, сегодня можно достаточно четко систематизировать по последствиям от теневого распределения угодий:

Аренда угодий с охранным статусом (заказники) и высокой численностью объектов Госохотфонда, путем «разгосударствления».

Аренда угодий, популяции дичи в которых созданы в результате государственного или иного (взносы охотников) датирования – путем отказа от изначально формируемой специализации (ГЛОХи).

Аренда угодий, популяции дичи в которых уже созданы, но конечное распределение лимита отстрела животных происходит без участия заинтересованных представителей бизнесавласти и пр. (так называемые приписные охотничьи хозяйства обществ охотников).

Исключение самых ценных охотничьих угодий из категории, допускающей ведение охотничьего хозяйства вообще, то есть фактическое превращение угодий из средства производства в очередной оплот «Биобезобразия».

Итак, предлагаемая градация, позволяет путем исключения абсолютно благонадежных и легально созданных охотничьих хозяйств, добившихся существенных успехов самостоятельно, остановиться и рассмотреть конкретные примеры. Как наглядный пример фактического (прямого) ограбления природных ресурсов страны я применил всего лишь депопуляцию ценных промысловых видов — прямой путь разрушения сложившейся системы ведения охотничьего хозяйства.

К чему приводит «разгосударствление» заказников?

Ликвидация охотничьих заказников в Беларуси, «как устаревшей и отсталой формы ведения охотничьего хозяйства» и передача права аренды угодий акционерным обществам и прочим, пример, к сожалению, распространенный для постсоветских стран.

Легендарная Налибокская пуща, менее века назад в которой Фальцфейны, Хребтовичи и другие землевладельцы применяли самые передовые методы охотничьего хозяйства, яркий пример рейдерства с катастрофическими последствиями для охотничьего хозяйства государства. Старейшие охотничьи угодья Европы, пережив череду войн, организаций и упразднений заповедника, с последней для СССР вольной популяцией лани (до 1953 года), с 1960 года и практически до конца XX века, дошла со статусом крупнейшего в Беларуси охотничьего заказника.

За период «ренессанса» охотничьего хозяйства БССР в пуще были восстановлены популяции благородного оленя, вселен беловежский зубр и угодья стали действенным средством производства, а стране пошла валюта. Обитатели лесов Налибокской пущи, пережив лесорубов-мелиораторов – изведших боры-болота и западноевропейский (крупнейший) подвид глухаря, не смогли пережить рейдерского захвата центральной части бывшего охотничьего заказника. Его «разгосударствление» началось с «перехода» Гослесхоза ведшего охрану с момента основания, в угодья общества охотников (чиновники свое нововведение называют «обмен площадями»). В «освобожденных» угодьях появляется ЗАО и угодья лишаются копытных всего за 2 года. Наступает популяционная катастрофа у крупнейших на Западе Беларуси популяций копытных.

Не вдаваясь в оценку ущерба, отмечу, что официальные лимиты изъятия копытных были немногочисленными. Ущерба легальным перепромыслом нанести не могли, а вот избирательный отстрел вначале трофейных самцов, затем любых животных, по соревновательному принципу и всеми пользователями быстро привел к деградации их популяций. Каждый из пользователей, желая опередить соседа, у которого, к примеру, были зимние пастбища оленьих, отстреливал максимально возможное число самцов во время гона, проходившего в арендованных им угодьях, ну а сохранившаяся часть животных, буквально добивалась в местах зимнего сосредоточения.

Фактически круглогодичные охоты и отсутствие копытных стало заметно во всех смежных охотхозяйствах, для которых древняя Налибокская пуща была постоянным донором. Уповая на былое обилие и приход новых зверей из пущи, охотхозяйства (большинство из которых то же стали «вотчинами»), продолжали истребление копытных. Скандалы с «дележкой» лимитов докатились и до столицы и вот тогда вспомнили про учеты. Проведение учетов копытных и подвело ужасающий итог, зафиксировавший фактическое истребление региональных популяций лося и благородного оленя.  Результаты исследований и учетов пошли в открытую печать, но несколько ранее уже Губернатор потребовал «навести порядок». Минприрода, устраняя незаинтересованность «арендодателей», охотпользователей упразднила и позднее, даже придала Налибокской пуще статус биологического заказника (с запретом охоты). А вот былого обилия копытных, как и ежегодного мониторинга и квалифицированного учета нет и в помине. 

Позже пущу снова «поделили», но уже под другим предлогом и в «общеевропейском значении», но вот каноны и многовековые традиции ведения охотничьего хозяйства в нее уже не возвратились. А четкой государственной политики в отношении этого заказника, как и отношения к охотничьим угодьям Беларуси, прежде всего как средству производства, после распада СССР уже не просматривается.

Деление специализированных Государственных лесоохотничьих хозяйств

Возвращаясь во времена «ренессанса» охотничьего хозяйства Беларуси, нельзя обойти вниманием его научную составляющую и многоплановые исследования на территории республики Русанова, Рыковского, Сафонова и других крупных фигур отечественного (русскоязычного) охотоведения. Как и представить специализацию современного охотничьего хозяйства любой Европейской страны, без благородного оленя, рентабельность культивирования которого была блестяще обоснована в диссертациях С.В. Шостака и В.В. Бабинка. Ведь это уже после распада СССР и фактического забвения наработок целого поколения ученых, «упавшее знамя» Беларуси, как крупнейшего в СССР экспортера живых копытных подняли наши западные соседи.

Конкретно для старейшего в Беларуси Осиповичского ГЛОХ, образованного благодаря разноплановым исследованиям Я.С. Русанова, в далеких 80-х годах прошлого века была разработана простая и гениальная схема высокорентабельного ведения охотничьего хозяйства, основанная на отлове оленей для расселения (сегодня это так называемый «венгерский метод»). Успех ее осуществления – это лучшая в Беларуси Тетеринская популяция благородного оленя, настоящая гордость охотоведов, селекционеров и генетиков.

Именно под гениальную в своей простоте стратегию  В.В. Бабинка, формировались задания Госпрограммы развития охотничьего хозяйства – создание новых популяций благородного оленя планировалось за счет отлова аборигенных оленей.

Но пришедшее во власть и бизнес поколение «манкуртов», с легкостью возглавляющих любую отрасль экономики, это «тяжелое советское наследие», наверное не устраивало. Отлов оленей для расселения в Осиповичском ЛОХе прекратили, заменив его импортом бонусных карликовых животных неизвестного происхождения, а несколько позднее, один из старейший в бывшем CCCР и рентабельно работавший ЛОХ, в котором усилиями нескольких поколений охотоведов и исследователей создавались популяции благородного оленя и зубра, «потихоньку» разукрупнили, попросту разделив на части.

Цели и задачи подобной «оптимизации» остаются загадочными и поныне, а вот ущерб, обрисуется уже в ближайшее время – ведь «Налибокский сценарий», повторили те же «режиссеры». 

Продолжение в следующем номере


Владимир ТЫШКЕВИЧ, республика Беларусь
Проблема соседства Охотпользование в Казахстане. Основы экономического стимулирования