НАУЧНО-ПОПУЛЯРНОЕ ИЗДАНИЕ О ПРИРОДЕ, ОХОТЕ И ОХОТНИЧЬЕМ ХОЗЯЙСТВЕ

Декабрь

ОХОТЫ ВЕЛИКИХ ЦАРЕЙ. Кросс-культурное исследование

Царь Нимрод, строитель городов от Вавилона до Калаха, будучи первым «могущественным человеком» на Земле, вошел в историю и как «самый могущественный охотник перед лицом Господа». Через двенадцать поколений после Адама и через три поколения после Потопа Нимрод воздвиг свое царство на земле Шеннаар (или Шумер) – в Вавилоне, Эрехе, Аккаде и Ниневии и на земле Ассирии – в Рехоботе, Резене и Калахе. Но, возводя это великое царство, Нимрод всегда находил время для охоты. Мало того, можно утверждать, что он охотился при любой возможности.  
То же можно сказать и о других древних царях Ближнего и Среднего Востока, Китая, Индии, Северной Африки, Европы и Нового Света. Они охотились на любую дичь – ото львов до гуанако – на четырех из шести континентах Земли на протяжении всех 5000 лет человеческой истории. Зачем? Чтобы обеспечить себя мясом? Или для того, чтобы использовать свое охотничье умение при обучении солдат? Но ведь, когда к концу четвертого тысячелетия до н.э. в мире появились первые империи, их императоры делегировали многие свои полномочия подданным: делами внешней и внутренней политики занимались соответствующие государственные службы, делами армии занимались военачальники. Императоры оставили каторжную работу на полях и пастбищах рабам и тем крестьянам, кото- рые платили оброк, а солдаты копьями и стрелами добывали для императоров дичь. Как мы видим, и без охоты цари бы не голодали, а проведение военных учений они с успехом пере- поручили специалистам. Кроме того, преследование диких животных требует немалых затрат времени и денег. А если, вдобавок, вспомнить, что многие цари были убиты или покалечены во время своих охот, то не кажется ли вам, что издержки в этом случае перевешивают выгоду?

Но, тем не менее, как только у царей появлялась возможность охотиться – они охотились. Они охотились в Междуречье – колыбели цивилизации – от Шумера до Ассирии и Вавилона. Они охотились на Востоке – в Индии и Китае. Они охотились в Европе и Новом Свете. Они охотились на львов и леопардов, на тигров и носорогов, на диких кабанов и лам. Они оставили нам свидетельства своих охот в Танахском Ветхом Завете, в летописях и стихах, на барельефах и гадательных костях. Охота всегда была «спортом царей». Почему?

 История царских охот

  Итак, цари охотились и до, и после Нимрода. Ашшурбанапал и его предки убивали львов на Тигре; Тутмос III охотился на слонов в загонах на Ниле – там, где позже Аменхотеп III охотился на туров. На Востоке, в Индии, во время охот падишаха Акбара в долине Инда, дичь для него загоняли 50 000 загонщиков. В Китае, императора Цинь Ши Хуанди сопровождали во время его многодневных охот 1000 повозок и 10 000 лошадей. В Новом Свете император инков вместе со свитой добывали до 30 000 голов гуанако, викуний, диких кошек и медведей за день, а император ацтеков убивал птиц из пращи. Древний грек Ксенофонт охотился в Афинах, а император Адриан в Древнем Риме.  

Ближний Восток  

История начинается с рисунков и письменности. Один из наиболее ранних исторических рукотворных памятников, связанных с охотой царей, остави- ла нам шумерская цивилизация, процветавшая когда-то в нижнем междуречье Евфрата и Тигра – высеченные в диорите, в конце четвертого тысячелетия до н.э., сцены охоты царя города Урука на львов – так называемая стела «Охота на Львов». Много позже, в конце седьмого столетия до н.э., царь Ашшурбанапал покрыл стены своего дворца барельефами, изображающими охоту на львов: «Я, Ашшурбанапал, царь Вселенной, царь Ассирии, во время своей благородной охоты поймал льва за хвост» – написано на стене его дворца.

В библиотеке Ашшурбанапала, которая представляет собой более 20 000 покрытых клинописью глиняных табличек, сохранился «Эпос о Гильгамеше», царе Урука. В эпосе рассказывается, как Гильгамеш выследил и убил «небесного быка», поразив его мечом между рогов. Многие из предков Ашшурбанапала были искусны в охоте. Тиглатпилесер I12 убил четырех туров и 800 львов при охоте на колесницах и 120 львов при пешей охоте. Ашшурнасирпал I добыл 357 туров и 370 львов; Ашшурнасирпал II обезглавил 200 диких страусов и убил 390 туров и 450 львов. 

В Вавилоне и Персии эти традиции продолжил Навуходоносор II – тот, который «…пошел на Иерусалим, чтобы покорить его и покорил, и взял в плен мать царя, жен царя, его чиновников и его вождей». Он привел их в Вавилон через ворота Иштар, сложенные из кирпичей, покрытых синей и золотой глазурью, с орнаментом из цветных фигур туров, сиррушей16 и 120 львов. Затем, в конце VI века до н.э., Кир Великий, разрешивший иудеям, которых некогда пленил Навуходоносор, вернуться на родину и восстановить Иерусалимский храм, брал уроки охоты у своего отца в его охотничьих лесах и парках, получив в свое распоряжение лучших пехотинцев и всадников для преследования диких животных. 

Северная Африка  

В Египте, как и в Малой Азии, тоже были царственные охотники. Примерно тем же временем (конец четвертого тысяче- летия до н.э.), что и стела «Охота на Львов», датируется захоронение на Ниле знатного египтянина-любителя охоты. Вместе с ним были погребены страусы, каменные козлы, кролики и львы. Позже там охотились и цари. В конце 15 века до н.э. фараон Нового царства Тутмос III успешно охотился на стадо слонов в 120 голов. Сообщение об этой охоте писец фараона высек на камне, добавив слова своего господина: «Именно потому, что здесь нет преувеличения и лжи, я рассказал об этом». Сын Тутмоса III, фараон Аменхотеп II – тот, который взял 89 600 пленных в Палестине – убил на охоте 12 диких быков, добыл нубийского носорога и 7 львов. Аменхотеп III, правнук Тутмоса III, сплавля- ясь по Нилу на своем корабле, добыл 75 диких туров и был, судя по хроникам, чрезвычайно успешен в охоте на львов.

 Индия и Китай

 В третьем тысячелетии до н.э. в долине реки Инд существовал древний город Мохенджо-Даро с прямыми, как стрела, улицами и практически одинаковыми домами из обожженного кирпича. При раскопках этого города археологи обнаружили множество печатей. На одной из них Махешвара или великий бог Шива изображен в виде Властелина Охоты. Махешвара, в головном уборе из рогов буйвола, сидит на троне в окружении слонов, носорогов, тигров и буйволов. Во втором тысячелетии до н.э. в эти края вторглись из Персии арийские племена и принесли свой алфавит. Позже появились поэмы на санскрите, повествующие, в том числе, и об охоте царей. В «Рамаяне», чтобы взять в жены принцессу Ситу, Раме необходимо было натянуть огромный лук Шивы, и пустить из него стрелу. Считалось, что эта задача не по плечу смертным. Но Рама был настолько силен, что сломал лук Бога.

В одном из эпизодов другого величайшего древнеиндийского эпоса – «Махабхарата», рассказывается о том, как великий царь Душьянт выезжал в лес на охоту с сотнями всадников, вооруженных копьями и булавами, верхом на слонах и лошадях. Раненные охотниками дикие слоны теряли разум: «Истекая кровью, дикие слоны затоптали многих людей. Кроме того погибли тысячи оленей».

В конце первого тысячелетия до н.э., когда войско Александра Македонского вторглось в Индию, древнегреческий путешественник Мегасфен, выполняя поручение Селевка I Никатора, начальника конницы Александра Македонского, пересек Инд и посетил с дипломатическим заданием двор царя Чандрагупты – Объединителя Индии, в городе Паталипутра. Мегасфен так описывал выезд на охоту царя, окруженного несколькими живыми цепями охранников- копьеносцев: «Чандрагупта ехал в толпе вооруженных женщин. Некоторые из них были на колесницах, некоторые на лошадях, а некоторые даже на слонах. И вооружены они ору жием всех видов, как будто идут на войну».

Однако величайшим охотником Индии был, вероятно, падишах Акбар: «11 марта 1567 года (нашей эры) шахиншах почувствовал желание поохотиться. Акбар унесся к Лахору с десятками тысяч всадников, где охотился в течение месяца днем и ночью – при свете факелов – с луками, копьями и ружьями».

Не менее впечатляющие охоты проводили правители древ- него Китая. Так, правящий в третьем тысячелетии до н.э., легендарный император Хуади, был заядлым охотником. На войне он сражался против врагов, воины которых имели «змеиные тела и человеческие лица или головы буйволов, а морды – тигров». На охоте император использовал ястребов, орлов и бумажные змеи, для того, чтобы взять добычу.

Во времена самой ранней правящей династии Китая, суще- ствование которой подтверждено археологами – династии Шанг – образованной в 1750 году до н.э., успех или неуспех на охоте предсказывали по гадательным (пророческим) костям, которые представляли собой обожженные на огне панцири черепах или лопатки крупного рогатого скота. На них были написаны первые китайские пророчества: «Если император уйдет на охоту на целый день, то большого ветра не будет... если император будет охотиться целый день, то у него не будет никаких бедствий и не будет дождя».

В конце третьего столетия до н.э. император Ши Хуанди династии Цинь начал грандиозное строительство в одном из своих дворцовых парков – Верхнем Лесу (Шанлинь). Всего в парке построили триста, а за пределами застав – более четырехсот дворцов. Авторы «Ханьшу» – исторической хроники китайской династии Хань (следующей за династией Цинь) – принимали участие в царских охотах, проводившихся в Шанлине. Там охотились на зебр и на диких ослов, на носорогов и на благородных оленей, на зубров и на яков «…на 10 000 лошадей, с сотнями, тысячами вариантов проведения досуга во дворцах или постоялых дворах, виллах или охотничьих домиках, в каждом из которых были кухни, кладовые с припасами и апартаменты с красавицами».

Спустя почти два тысячелетия, основатель последней китайской династии Цин Хуантайцзи, утверждал, что он убил на охоте 135 тигров, 132 кабана, 20 медведей, 25 леопардов, 20 рысей, 96 волков и сотни оленей. Марко Поло, живший при дворе хана Хубилая на протяжении 17 лет, писал в своей книге: «Великий Хан покидает дворец в Пекине каждый год 1 марта и отправляется охотиться на побережье на четырех сло- нах. Он берет с собой 10 000 палаток, 10 000 сокольничих и 10 000 дозорных, которые должны искать для Хубилая великих и злобных зверей».

 Европа  

Во втором столетии нашей эры, римский император Адриан убивал львов своими собственными руками, и основал в Азии город Адрианутерай (Hadrianutherae или Охота Адриана). Луций Флавий Арриан, историк и географ (85–175 гг. н.э.) охотился вместе с Адрианом и написал книгу «Об охоте», в которой с мастерством и изобретательностью описаны способы охоты на различную дичь – от кролика до льва. 

Кроме Арриана, об охоте писал Ксенофонт Афинский – автор знаменитых «Наставлений охотнику или Кинегетики». Страстный любитель псовой охоты, Ксенофонт писал, в основном, о породах охотничьих собак, способах их натаски и о методах преследовании зверя с собаками.

Коммод, сын императора Марка Аврелия, «охотился» на арене Большого цирка в Риме. Он убил 100 львов сотней дротиков, а также нескольких страусов, у которых отрезал головы и послал их в ложи сенаторам. «И хотя он не сказал нам ни слова, он покачал, улыбаясь, головой, показывая, что будет относиться к нам таким же образом», – писал об этом случае сенатор Дион Кассий («История Августа»).  

Новый Свет  

Бернардино де Саагун, испанский миссионер, монах ордена францисканцев, историк и лингвист, приехавший в Мексику в 1529 году и проживший там пятьдесят с лишним лет, описывал в своем труде «Всеобщая история вещей Новой Испании» охоту на птиц царей ацтеков: «Они охотились на птиц с луком и стрелами, с дротиками, пращами и ловчими сетями». Другой испанский священник и солдат, гуманист, историк и географ Педро Сьеса де Леон в своих «Хрониках Перу», изданных в 1554 году, писал о царских охотах в Андах, в кото- рых принимали участие «десятки тысяч загонщиков, а, если было необходимо, то и до ста тысяч». Выдающийся испанский историк-натуралист Бернабе Кобо в течение сорока лет писал свою «Историю Нового света», которую закончил за четыре года до своей смерти, в 1653 году. В этом труде Бернабе Кобо дал описание царских охот в Чако, во время которых, одновременно, добывалось от двадцати до сорока тысяч голов гуанако, викуний, медведей, лис и диких кошек. Перевод И. Долгова Продолжение в следующем номере.


Лаура Бетзиг
Полвека охоты на крупных кошек